Размеренно и неудержимо

 

Даже в период жесткой экономии "Райффайзен Банк Аваль" не изменил традиции и в очередной раз собрал в Киеве начальников своих отделений. Побывав в столице, региональные менеджеры смогли воочию убедиться, что банк достойно пережил панику вкладчиков. Очередей в отделениях нет, а цветочная клумба "Райффайзен Банка Аваль" на Майдане по-прежнему радует глаз - возмущенные клиенты не забросали ее грязью.
Это финансовое учреждение стало первым среди отечественных крупнейших банков, который купила иностранная группа. Длительное время "Райффайзен Банк Аваль" скорее разочаровывал, чем радовал желающих приобрести квартиру или машину. Став иностранным, банк "Аваль" не обвалил кредитные ставки и вместо щедрой раздачи ссуд занялся строгой оценкой заемщиков.
Консервативная стратегия помогла ему подготовиться к кризису - накопить запас прочности для расчетов по внешним долгам и выплат паникующим вкладчикам. И хотя убытков и потерь по кредитам (369 млн гривен по итогам первого квартала) "Райффайзен Банк Аваль" не избежал, самые сложные кризисные месяцы он пережил спокойнее многих конкурентов. Нынешней весной банк стал главным кредитором посевной, однако своему принципу осторожности не изменил: в ближайшие два года кредитование не будет входить в его приоритеты.
"Райффайзен Банк Аваль" был одним из лидеров по оттоку вкладов в абсолютном выражении. С октября 2008-го по март 2009 года средства физлиц в банке сократились на 717 миллионов гривен.

Действительно, по объемам оттока наш банк стал одним из лидеров, хотя в относительном выражении депозиты уменьшились незначительно (на 4,2%). Масштаб оттока в ноябре-феврале в украинских финучреждениях был гораздо больше, чем в европейских банках, и этому есть два объяснения. Первое: люди поняли, что кризис глобальный и проблемы с финансами везде. Второе: "черный" пиар против банков с иностранным капиталом в октябре-декабре.
Отток удалось остановить благодаря менеджерам отделений, которые за многие годы установили доверительные отношения с клиентами. Нашей задачей было полное и своевременное информирование их о ситуации в банке, для чего мы почти ежедневно проводили телефонные совещания. Успокоить волнения в банках помог и мораторий на досрочное изъятие вкладов. Нынешняя его отмена - тоже правильное решение. Задержки выплат по истекшим депозитам мы не допускали. Знали, что кризис рано или поздно закончится, а нам придется смотреть людям в глаза.
Поддерживать ликвидность в таких условиях можно двумя способами - привлечением новых вкладов и сворачиванием кредитования. Кредитный портфель наш банк сократил с начала года на три миллиарда гривен. Существующие кредитные линии мы уменьшили, а новых ссуд клиентам почти не выдавали.
К счастью, у нас отток вкладов населения компенсировался притоком средств корпоративных клиентов. К нам пришли международные компании, ранее обслуживавшиеся в банках своих стран.
Некоторые иностранные банки потихоньку сворачивают бизнес в нашей стране. К тому же не у всех есть региональная сеть, отдельные финучреждения только собирались ее построить, но из-за кризиса передумали. А с нами можно работать, скажем, по обслуживанию сети магазинов. Кроме того, клиенты проблемных банков при возможности забирают оттуда свои денежные средства или открывают счета в других фининститутах.

Скорее всего, клиенты будут всё больше тяготеть к большим банкам. Но еще рано об этом говорить: есть люди, которые продолжают снимать депозиты. Не могу сказать, что к нам переходит много пенсионеров. Они очень чувствительны к процентным ставкам, поэтому некоторые ушли в банки, предлагающие 20-25 процентов годовых по пенсионным вкладам. Наш банк не предлагает большие ставки, и дело не в жадности, а в рисках.

Таких просьб много, даже мои хорошие знакомые обращаются. Но в банке с временной администрацией выступать толкачом того или иного клиента бесперспективно. Есть еще вариант - забрать одновременно и депозит, и кредит клиента, чтобы выиграл и другой банк. Но я, исходя из своего опыта, не могу ничего хорошего сказать об этом процессе. Поэтому мы не договариваемся с проблемными банками о переводе активов и вкладов. С такими инициативами, скорее, должны выступать временные администраторы или ликвидаторы. Есть идея перевести все проблемные кредиты и депозиты в госбанк или так называемый плохой банк, чтобы государство выплатило вклады из бюджета. При наличии в нем достаточных ресурсов этот механизм мог бы сработать, но пока он останется на уровне идеи.

 

Преимущества - это денежные средства и управленческий опыт. Есть уверенность, что при необходимости капитал банка будет увеличиваться. Нам дважды пополняли уставный фонд во время кризиса. В его начале акционеры дали 200 миллионов долларов, что стало хорошим сигналом для персонала и клиентов банка. В апреле по предписанию Национального банка акционеры внесли в капитал еще 110 миллионов долларов.
Что касается управленческого опыта, то наша группа регулярно проводит встречи, где банкиры из разных стран обмениваются опытом борьбы с кризисом, обсуждают возможные действия потенциальных инвесторов и кредиторов Украины.
Мы получили важный информационный сигнал, когда правительство Австрии выделило Raiffeisen Zentralbank 1,75 миллиарда евро для укрепления финансового состояния. Это сказалось и на нашей репутации.
Акционер помог тем, что увеличил капитал и пролонгировал нам кредитные линии. Кроме того, "Райффайзен Банк Аваль" еще в январе 2008-го перешел на консервативную политику управления ликвидностью. Наши аналитики прогнозировали перегрев кредитного рынка, поэтому банк сознательно пошел на снижение своей рыночной доли, в том числе в ипотечном кредитовании. Так что денежные средства для погашения синдицированного кредита были зарезервированы заранее. Такая осторожность оправдала себя - есть примеры банков, которые просто не смогли купить валюту на рынке и за это поплатились снижением рейтингов.
Аналитический центр группы Raiffeisen International проводил различные макроэкономические расчеты. Аналитики по динамике роста ВВП и кредитов сравнивали Украину с другими странами. По их прогнозам, отечественный банковский сектор должен был замедлить рост еще в 2007-м. Тогда объем кредитов достиг такого уровня, что его увеличение должно было соответствовать росту производства. Но в 2007 году промышленность выросла на 10,2 процента, а кредиты - на 74 процента. Дисбалансы усугублялись, а, значит, замедление должно было точно состояться в 2008-м.
На рынке капитала был избыток денег, которые нужно было куда-то размещать. А наша страна показывала высокие темпы экономического роста. И у инвесторов были хорошие ожидания относительно ее будущего с точки зрения рынка капитала, свободной торговли, европейской интеграции. Если оставить за рамками политику и социальную сферу, то бизнес выглядел очень привлекательно. И многие рассчитывали успеть на поезд. Этот фактор называется driven by competition - движимые конкуренцией.

Да, если поднять макроэкономические показатели за несколько лет, сейчас можно сказать, что падение кредитования было неизбежным. Но разве непонятно было, что и цены на жилье не могут до бесконечности повышаться на 40 процентов в год? Ведь при таких темпах квартира на Борщаговке однажды стала бы дороже, чем в европейских столицах. Тем не менее многие соотечественники купили жилье в сентябре-октябре прошлого года.
Да, те, кто в кризис уделял большое внимание прибыльности, получили от этого финансовый эффект. Наверное, правильно стремиться к балансу между долей рынка и эффективностью. Мы так и делали: последние два года концентрировались на повышении эффективности. В результате у нас доходность капитала (ROE) постоянно росла, а соотношение расходов и доходов (cost/income ratio) - уменьшалось.
Сам по себе кредит в магазинах несложен, его действительно можно выдать за 20-30 минут. Но не это главная задача. Вручную миллион таких кредитов не выдашь, нужно строить инфраструктуру, централизовать несколько процессов. Мы потратили полтора года на подготовку механизма централизованного принятия решения. Другие участники рынка сделали это быстрее или организовали работу по другому принципу. Не хочу никого критиковать, но мне кажется, что как раз отсутствие централизованного принятия решений и привело к массовым дефолтам. Поэтому мы не сожалеем, что нас не было в магазинах в период бума потребительского кредитования.
Сейчас мы очень рады возможности финансировать сельское хозяйство: обслуживание этой отрасли позволяет поддерживать высокое качество кредитного портфеля. Интересные сегменты - дороги, транспорт, инфраструктура. Хотя пока рано делать прогнозы о том, какая из отраслей и когда станет привлекательной для финансирования.
Ипотеку в нынешних условиях никак нельзя кредитовать, поскольку необходимо, чтобы нормально работали суды и парламент не принимал законов, подрывающих основы банковской деятельности. Мораторий на отчуждение залогов подобен отмене из-за кризиса штрафа за проезд на красный свет.
У этого вопроса интересная предыстория. Нормативная база регулятора пока не предусматривает целевого рефинансирования. Но мы с аграриями сумели убедить Национальный банк, что в этом сезоне село нужно финансировать на экстраординарных условиях. Решение было найдено, и банк получил первый транш кредита. Получили не без хлопот, поскольку процедуры НБУ длительные и забюрократизированные. Готовы были получать и второй транш, но к этому времени ситуация с ликвидностью значительно улучшилась. Вклады стали возвращаться в систему, и необходимость в дополнительных ресурсах отпала. Но миллиард гривен, который мы так и не использовали, сыграл психологическую роль.
Аграриев мы кредитуем преимущественно под залог недвижимости, техники, продукции на полях и складах. Национальному банку сложно учесть все такие мелкие залоги, и это одна из причин сложностей при оформлении рефинансирования. Конечно, при работающем рынке земли финансировать сельское хозяйство было бы гораздо проще.
Что касается отраслей, то это прежде всего производство зерновых, животноводство, производство сахара и растительного масла. Более 60 процентов кредитов приходится на первичных производителей, еще 30 процентов - на перерабатывающие предприятия.
За финансированием даже обращались очень известные компании: ранее, чтобы привлечь их к сотрудничеству, мы соревновались с конкурентами. Они хотели бы пролонгировать или получить кредит на прежнюю сумму. Но ни один банк сегодня этого сделать не может.
Все привыкли, что финучреждения ежегодно увеличивают кредитование на 60-70 процентов. И когда в один день кредиты закончились, все испытали шок. Клиенты увеличивали обороты и были уверены, что и кредитные линии с каждым годом будут увеличиваться.
В этом году денег нет. Отток депозитов на 90 миллиардов гривен поставил на повестку дня вопрос сохранения платежеспособности системы. Если банк не выдает ссуды - это плохо, но если не осуществляет платежи - еще хуже. С октября по март главной задачей банкиров стало сохранение ликвидности, ведь когда система едва справлялась с выполнением платежей, было не до кредитов. Сейчас люди успокоились, банки подсчитывают свои потери. Не пройдет и двух лет, как конкуренция возобновится.
Мы придем к более жесткому регулированию. Останется в прошлом романтическое банковское дело, ему на смену придет индустрия с большими ограничениями. Я думаю, что не каждый банк будет иметь право привлекать вклады населения. Это очень ответственное занятие, и для него нужны особенные нормативы. Кроме того, система будет консолидироваться: 180 универсальных банков для Украины слишком много, поэтому многие из них начнут специализироваться.

Доминировать будут базовые продукты - расчетный счет, зарплатная карточка, безналичные расчеты в магазинах. Инфраструктура станет выстраиваться вокруг этих продуктов, а не вокруг кредитов. Один из уроков кризиса состоит в том, что кредиты - это не единственное банковское дело. Поэтому конкуренция усилится в сфере депозитов и давно забытых нерисковых продуктов. Они будут преобладать довольно длительное время, пока не начнется новая волна соперничества на кредитном рынке. Сегодня инфраструктура для расчетов очень ограниченна: в такси карточкой не рассчитаешься, платить за квартиру все массово ходят в сберкассу, поэтому у банков огромное поле для деятельности.